Ось кишечник — мозг: как микробиота влияет на настроение

«Кишечник — второй мозг» — это расхожая фраза. За ней стоит конкретная биология: энтеральная нервная система содержит от 200 до 600 миллионов нейронов, а примерно 100 триллионов микроорганизмов, населяющих желудочно-кишечный тракт, постоянно посылают сигналы в центральную нервную систему. Область получила название оси микробиом — кишечник — мозг, и 2024–2025 годы принесли ей заметный урожай систематических обзоров.

Как кишечник общается с мозгом?

Обзор в Frontiers in Immunology (Zhu et al., 2025) описывает три параллельных канала связи. Первый — нервный: блуждающий нерв (X пара черепных нервов) передаёт сигналы от кишечника к стволу мозга через ядро одиночного пути. Именно через этот канал штамм Lactobacillus rhamnosus в экспериментах снижал тревожное и депрессивное поведение у мышей — эффект полностью исчезал после хирургической перерезки нерва (ваготомии).

Второй канал — эндокринный. Кишечные бактерии через метаболиты влияют на ось гипоталамус — гипофиз — надпочечники (ГГН) и на выработку гормонов кишечника. Короткоцепочечные жирные кислоты (КЦЖК) — ацетат, пропионат и бутират — пересекают гематоэнцефалический барьер и взаимодействуют с рецепторами GPR41 и GPR43, влияя на настроение и когнитивные функции. Снижение уровня бутирата коррелирует с симптомами депрессии.

Третий канал — иммунный. Дисбиоз нарушает целостность кишечного барьера, и бактериальные липополисахариды попадают в кровоток, запуская системное воспаление. Цитокины TNF-α, IL-1 и IL-6 пересекают гематоэнцефалический барьер и изменяют метаболизм нейромедиаторов, включая серотонин и дофамин.

90% серотонина — не в голове

Одна из самых неожиданных цифр в нейробиологии кишечника: по данным обзора Mehta et al. в Cureus (2025), более 90% всего серотонина в организме вырабатывается энтерохромаффинными клетками кишечника с помощью фермента триптофангидроксилазы 1. Этот серотонин регулирует перистальтику, болевую чувствительность и секрецию.

Напрямую кишечный серотонин гематоэнцефалический барьер не пересекает — молекула слишком крупная. Но через афферентные волокна блуждающего нерва он участвует в передаче сигналов в мозг. Параллельно ряд кишечных бактерий — Lactobacilli и Bifidobacteria — вырабатывает ГАМК и ацетилхолин; Bacillus и Serratia — предшественники дофамина.

Что дисбиоз делает с настроением?

Систематический обзор 24 исследований «случай — контроль» (Cao et al., BMC Psychiatry, 2025) обнаружил устойчивые паттерны у пациентов с депрессией: сниженный уровень Faecalibacterium и Coprococcus — бактерий, производящих бутират и пропионат, — и повышенный уровень провоспалительных Enterobacteriaceae. При тревоге картина схожая: повышены Bacteroidetes и Fusobacterium, снижены бутират-продуценты.

Связь двунаправленная. Хронический стресс через кортизол сам разрушает колонии Lactobacilli и Bifidobacteria, запуская дисбиоз, который в свою очередь усиливает воспаление и тревожность. Обзор в Molecular Neurobiology (2025) добавляет: у гнотобиотных мышей (рождённых и выросших без микробиоты) было «драматически нарушенное» созревание микроглии в мозге — оно восстанавливалось после введения КЦЖК.

Работают ли пробиотики?

Ряд рандомизированных клинических испытаний зафиксировал значимое снижение баллов по шкалам депрессии при приёме пробиотиков на основе Lactobacillus и Bifidobacterium (Zhu et al., 2025). Однако условия успеха конкретны: доза должна превышать 10×10⁹ КОЕ (колониеобразующих единиц), а курс — длиться не менее 8 недель. Короткие курсы и низкие дозы последовательно дают нулевой результат.

Синбиотики (пробиотики + пребиотики вместе) показали превосходство над каждым компонентом по отдельности в ряде испытаний. Средиземноморская диета, богатая клетчаткой и полифенолами, увеличивает популяцию Bifidobacterium и стимулирует выработку КЦЖК. Трансплантация фекальной микробиоты (ФМТ) показала улучшение у пациентов с депрессией, коморбидной с синдромом раздражённого кишечника, но сопряжена с рисками передачи патогенов и пока не стандартизирована.

Главная оговорка исследований: большинство клинических испытаний малы по объёму и проводились преимущественно в Китае (20 из 24 работ в обзоре Cao et al.), что ограничивает обобщаемость результатов. Индивидуальный состав микробиоты делает унифицированные рекомендации затруднительными.