REM-сон и эмоциональная регуляция: что нарушение сна делает с тревогой и страхом

Что такое REM-сон и почему он важен для мозга?

Сон состоит из нескольких фаз, чередующихся циклами по 90–110 минут. Фаза быстрого движения глаз — REM (от англ. Rapid Eye Movement) — занимает в среднем 20–25% ночного сна у здорового взрослого. Именно в ней мозг наиболее активен: электроэнцефалографически REM напоминает бодрствование, но скелетные мышцы атоничны.

REM-сон характеризуется высоким уровнем ацетилхолина и низким уровнем серотонина и норадреналина. Это сочетание создаёт нейрохимическую среду, в которой эмоционально значимые воспоминания могут воспроизводиться и переосмысляться без гормонального стрессового фона. Именно это свойство легло в основу гипотезы «сон для того, чтобы забыть» — или, точнее, «чтобы сохранить содержание воспоминания, но снизить его аффективную нагрузку».

Что происходит с эмоциями, если REM-сон нарушен?

Viselli и соавторы (Sleep, 2026) провели рандомизированный перекрёстный эксперимент на 17 здоровых молодых взрослых. В одну ночь испытуемые спали без вмешательства, в другую — получали вибротактильную стимуляцию, синхронизированную с REM-фазой: индекс фрагментации вырос с 23,12 до 75,52 эпизодов (p<0,001), продолжительность REM при этом сократилась примерно на 23 минуты.

На следующее утро и спустя 48 часов испытуемым показывали серию эмоциональных изображений, регистрируя торможение сердечного ритма (ТСР) — физиологический маркёр ориентировочной реакции на стимул. В норме ТСР снижается при повторных предъявлениях одного и того же стимула: мозг «привыкает», реактивность гасится. После фрагментированной ночи этот процесс оказался заблокированным: привыкание не наблюдалось ни сразу после сна, ни спустя двое суток (все p>0,529 в группе фрагментации; t=3,36, p=0,007 в контрольной группе).

Мощность теменно-затылочного альфа-ритма после фрагментации положительно коррелировала с нарушенным привыканием: r=0,710 (p=0,003) через 24 часа и r=0,618 (p=0,014) через 48 часов. Важная оговорка: выборка невелика — 17 человек; репликации необходимы.

Почему у тревожных людей может быть больше REM-сна?

Mediano, Fernández-Abascal и Fondevila Estévez (Journal of Sleep Research, 2026) наблюдали 128 неклинических взрослых (75 женщин, 53 мужчины; возраст 18–82 года, средний — 35,5 лет). Сон измерялся трекером Fitbit Charge 5 в течение нескольких ночей; тревожность — по шкале STAI-T.

Результат: черта тревожности положительно коррелировала с долей REM-сна (r=0,34, p<0,005). Схожие корреляции выявлены с депрессивной симптоматикой (r=0,31) и негативным аффектом (r=0,32). Медленный сон (SWS) с тревожностью не был связан (p=0,49). Также обнаружены половые различия: у женщин тревожность и доля REM-сна в среднем выше, чем у мужчин.

Авторы интерпретируют эту связь как адаптивный ответ: мозг людей с хронически высокой тревожностью увеличивает REM-активность, пытаясь переработать эмоциональную нагрузку. Это согласуется с нейронными моделями, в которых REM-сон выступает «терапевтическим окном» для обработки аверсивного опыта — но поперечный дизайн исследования не позволяет установить причинность.

Как REM-сон участвует в угашении страха?

Параллельно с клиническими наблюдениями нейробиологи расшифровывают клеточный механизм. Hong и соавторы (Current Biology, 2024) работали с моделью условного страха у мышей. Оптогенетическое подавление пирамидных нейронов инфралимбической коры именно во время REM-сна, следовавшего за выработкой условного страха, нарушало консолидацию памяти об угашении этого страха. То же вмешательство после сеанса угашения эффекта не давало — то есть окно критично: сразу после формирования страха, а не после его угашения.

Предполагаемый нейронный субстрат — тета-осцилляции 4–7 Гц в префронтально-лимбических цепях во время REM-фазы. Именно они, по-видимому, обеспечивают реактивацию и реорганизацию эмоциональных следов памяти без тревожного аффекта, благодаря пониженному аминергическому тонусу.

Что это означает для людей с нарушениями сна?

Нарушения сна при посттравматическом стрессовом расстройстве (ПТСР) характеризуются именно фрагментацией REM-фазы и ночными кошмарами. Если REM-сон — окно для угашения страха, то его хроническое нарушение может создавать порочный круг: страх не угашается, тревога не снижается, следующая ночь снова нарушена.

Кроме того, ряд снотворных препаратов (бензодиазепины, некоторые Z-гипнотики) подавляют REM-сон — это потенциально значимо для оценки их долгосрочных эффектов на эмоциональное здоровье. Данная область требует дальнейших рандомизированных исследований.